| Про День святого Валентина |
[14 Фев. 2012 | 21:49] |
Строго говоря, у меня нет права говорить о своих валентинках во множественном числе. Но валентинка может быть больше тысячи валентинок, как любовь — больше тысячи любовей.
Это чтобы девочки умилились. Теперь пост.
В этот день два года назад мне пришла смска. Отправленная анонимно через сайт, она велела выйти в подъезд и проверить почтовый ящик. В почте оказалась валентинка, на которой мелким курсивом был напечатан текст песни Sunday Morning группы Maroon 5.
Так я получил свою первую в жизни валентинку; правда, случилось это, когда автору этих строк было уже 26 лет, а в этом возрасте мужчине, мягко говоря, похуй, дарят ему 14 февраля валентинку или нет. До сих пор не знаю, кто тогда подложил мне сердце.
В школе мне валентинок не дарили. А Артему с задней парты дарили. 14 февраля он был похож на телеведущего, разгребающего бутафорский мешок писем от телезрителей: «пишут нам из…», — так много валентинок было у голубоглазого Артема. А у меня валентинок не было; то есть вроде как были… ну, назовем их социальными валентинками. Вот в Амстердаме есть социальные проститутки: они приходят к инвалидам, немощным и безнадежно больным, — а государство за это платит. С социальными валентинками что-то типа того.
Пионерки Аня с Олей садятся и признаются в государственной любви всем, кто по их мнению обделен любовью частной (они почти никогда не ошибаются), а потом на всякий случай пишут и всем остальным (поэтому не ошибаются вообще никогда), — так что не обделен никто. Даже он, сыто улыбающийся строкам «Милый Артем! Желаем тебе любить и быть любимым!», выведенным уверенным пионерским почерком.
«Праздники — это когда государственные цветы гладиолусы засовывают в кефирные бутылки и густо уставляют ими подножие ниши, где, укрытый от воздушной волны, создаваемой пробегающим табуном хулиганов, стоит и слепо блестит масляной краской белый ильич», — пишет о Восьмом Марта Татьяна Толстая, вспоминая себя семи лет.
Четырнадцатого февраля не было — и вдруг он, инспирированный американским цветочным лобби (а иначе как?), по нежданной моде появился, заимствовался, растеряв, правда, все религиозные и смысловые коннотации: если чему и должна учить история Валентина, то свободолюбию, но и терпимости, то скорби и уважению. Вместо этого Валентин явился к нам императивным рефреном «надо», да таким и остался.
На Пасху, на православную Пасху, в нашей семье была традиция, я хорошо это помню, это светлейшие воспоминания. Субботним вечером, перед сном, я клал в изголовье кровати свою маленькую шапку-ушанку. Я долго не засыпал, борол сон, и все хотел хоть глазком увидеть пасхального зайца, который, такой щедрый — неизвестно почему — наполнял шапку сладостями, крашеными яйцами и свежей выпечкой с немецким названием, которое я давно забыл. Это была немецкая, а вернее сказать общеевропейская традиция и общеевропейский заяц. И это было прекрасно. В этом не было никакой догматики — Пасха была православная, заяц был немецкий, ушанка, наверное, была кроличья. И это было прекрасно. В год, когда я перестал верить в Деда Мороза, то, наверное, все еще продолжал верить в пасхального зайца.
Я до сих пор верю в Пасхального зайца, и верю в семью. Я так и не поверил в Валентина. Валентин мне не полюбился, а я не полюбился ему. Как сказал бы американец — ноу проблем, я уважаю День святого Валентина, но не согласен с ним. Моя позиция такая: я не согласен, уважая. И лучше выдумать не смог.
Всем хорошего праздника. Любите и любитесь на здоровье. |
|
|
| Почта России опять жалоба гнев ненавижу |
[8 Фев. 2012 | 02:32] |
В этом посте я напишу о почте, и притом не буду жаловаться, невероятно, да? Жежешного бота «Почты России» прошу обойти эту запись стороной.
Друг ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.1) andy_liam написал мне невероятно трогательное и теплое письмо. Но это лирика.
А если посмотреть на него, на письмо, с сугубо практической, внешней стороны, то теперь у меня есть свой человек в ого-го где. Во-первых, с приходом Андрея они получили прекрасного специалиста, а во-вторых, теперь письма Ди-эч-элом доходят уже за три часа.
 |
|
|
| Спонтанное про антиутопии |
[1 Фев. 2012 | 04:23] |
Роман «1984» Джорджа Оруэлла — восхитительная книга. Грандиозное число всевозможных мемов и аллюзий из нее совершенно укоренилось в языке и культуре и полнокровно живет среди нас. Двухминутка ненависти; дважды два равно пять; незнание — сила; мыслепреступление. Конечно же — Большой Брат, который в прекрасном переводе Голышева зовется Старшим Братом, что правильнее.
Книга доставляет большое удовольствие своим стилем, она превосходно написана. В отзывах и рецензиях среди достоинств это упоминается почему-то редко, говорится о социальном значении, политической обстановке того времени, против которой направлена сатира автора, о тонком, глубоком понимании автором природы власти, о том, какое место книга заняла в современной культуре и так далее, — а ведь именно язык книги, стремительный, без искусственных бигудей (так присущих, скажем, французам), вот именно благодаря самому языку от книги совершенно невозможно оторваться, и благодаря ему же так проникаешься, пропитываешься, наполняешься написанным (именно в таком порядке).
Метафоры очень яркие, вовремя останавливающиеся, не топчущиеся на месте, не уводящие вбок: «ярость была абстрактной и ненацеленной, ее можно было повернуть в любую сторону, как пламя паяльной лампы» (пиши это Набоков, он не удержался бы и поставил точку много позже: «ярость была абстрактной и ненацеленной, ее можно было повернуть в любую сторону, как пламя паяльной лампы, которую мы, посреди лакомого чтенья, легонько ощупывали, машинально проверяя, много ли еще (и все радовала пальцы спокойная, верная толщина), вдруг, ни с того ни с сего, оказалась совсем тощей…» И так далее. Такого здесь нет, и прекрасно).
Слова кладутся друг к другу, как домино: «В стране, где ни огнестрельного оружия, ни надежного яда не достанешь, нужна отчаянная отвага, чтобы покончить с собой». Темп и ритм меняется мастерски: «Под деревьями слева земля туманилась от колокольчиков. Воздух ласкал кожу. Было второе мая. Где-то в глубине леса кричали вяхири». Один майский мазок — и готов импрессионистический шедевр. Все, кто читал книгу, помнят блестящее «Цель репрессий — репрессии. Цель пытки — пытка. Цель власти — власть».
Фабула проста, «Восемьдесят четыре» можно пересказать в двух-трех предложениях, — но текстом правит глагол: «Дрозд расправил крылья, потом не торопясь сложил, нагнул на секунду голову, словно поклонился солнцу, и запел. В послеполуденном затишье песня его звучала ошеломляюще громко. Уинстон и Джулия прильнули друг к другу и замерли, очарованные». Лучше, чем у лучших профессионалов любовного жанра, преподносится любовная (чуть не сказал лучшая) тема: «Он так изучил эту руку на ощупь, что теперь узнал бы ее и по виду. Ему пришло в голову, что он не заметил, какого цвета у нее глаза. Повернуть голову и посмотреть на нее было бы крайним безрассудством».
Убита любовь так, что любишь и плачешь (если не о прочитанном, то о своем, у всех ведь найдется свое про любовь и про горе).
Если сравнить «1984» с другой известной антиутопией, «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли, написанной в то же время, что и книга Оруэлла, — сравнение явно не в пользу «Дивного мира», который вроде бы и недурен сам по себе, но, стоя в шеренге из двух антиутопий, выглядит неряшливо написанной и неладно склепанной поделкой, — и это, например, совершенно непохоже на дурнушку, которая рядом с красивой подружкой тоже вроде бы ничего.
Вот типический фрагмент из Хаксли: «Ставили в длинную линию большие вазы, переполненные пышными розами. Лепестки их были шелковисто гладки, словно щеки тысячного сонма ангелов — нежно-румяных индоевропейских херувимов, и лучезарно-чайных китайчат, и мексиканских смуглячков, и пурпурных от чрезмерного усердия небесных трубачей, и ангелов бледных как смерть, бледных мраморной надгробной белизною». Нигде дальше в тексте ничего из этого многообразия не выглядывает, не высовывается, не звучит, не складывается в композицию. Это просто фраза ради фразы. Многие языковые приемы, выбранные автором, совершенно не доносят идею, ради которой используются. Вот одна из типических характеристик социального утсройства в романе — господствующий, насаждаемый атеизм (или даже язычество); мало явным образом просто указать на это авторским словом, нужно вложить безбожие в уста героев романа, и здесь лучшим способом описать технократический атеизм становится культ Генри Форда, что выражается в такого рода диалогах: «Господи Форде, — спохватилась она, — сделала я уже этому зародышу укол или не сделала? Совершенно не помню. Еще вторично впрысну, чего доброго». Это «Господи Форде» встречается в тексте — если дать себе труд посчитать — одиннадцать раз. Мало того что это не оправдывает, если так можно выразиться, ожидания от жанра антиутопии — что хуже, так это ведь просто разрушает веру в текст, представляя героев какими-то костромскими или суздальскими скоморохами на ярмарке, кричащими какую-то забавную юродивую белиберду на потеху публике.
Ни широкий писательский вокабуляр, ни затейливая фабула не исправляют общего впечатления — книга неубедительна. Там где у Оруэлла начинаешь всем существом дрожать за главного героя, здесь, в «Дивном мире», в крещендо повествования — монологе главного антагониста Мустафы Монда, искренне задумываешься, может, читаешь не антиутопию, а просто — утопию: суждения героя совершенно в духе классического произведения такого жанра — «Города Солнца» Томмазо Кампанеллы, у которого в «идеальном государстве» есть и рабы, и господа, а население ведет жизнь при коммунизме, где все общее, не исключая жен и детей.
«Для трагедий необходима социальная нестабильность. Теперь же мир стабилен, устойчив. Люди счастливы; они получают все то, что хотят, и не способны хотеть того, чего получить не могут. Они живут в достатке, в безопасности; не знают болезней; не боятся смерти; блаженно не ведают страсти и старости; им не отравляют жизнь отцы с матерями; нет у них ни жен, ни детей, ни любовей — и, стало быть, нет треволнений. […] Пришлось выбирать между счастьем и тем, что называли когда-то высоким искусством. Мы пожертвовали высоким искусством. Взамен него у нас ощущалка и запаховый орган». Одно из ярких мест в монологе Мустафы Монда пришлось бы по душе много кому и сейчас: «В натуральном виде счастье всегда выглядит убого рядом с цветистыми прикрасами несчастья. И, разумеется, стабильность куда менее колоритна, чем нестабильность. А удовлетворенность совершенно лишена романтики сражений со злым роком, нет здесь красочной борьбы с соблазном, нет ореола гибельных сомнений и страстей. Счастье лишено грандиозных эффектов». А поскольку возражают Монду вяло и картонно — «Почему вы не покажете людям «Отелло» вместо этой гадости?» — а также поскольку в отличие от Владимира Путина, которому понравились бы слова Главноуправителя Западной Евроы, при Мустафе Монде в государстве действительно порядок, то никакой симпатии к добру, которое ведь читатель всегда чует, не испытываешь.
Интересно, кстати, что в «1984» ясная реминисценция с «Городом Солнца». Кампанелловскому триумвирату Могущества (заведует войной и миром), Мудрости (наука и просвещение) и Любви (отвечает за воспитание, земледелие (sic!), продовольствие, а также за такое устройство браков, при котором «дети рождались бы самые лучшие») соответствуют оруэлловские «министерство правды, ведавшее информацией, образованием, досугом и искусствами; министерство мира, ведавшее войной; министерство любви, ведавшее охраной порядка, и министерство изобилия, отвечавшее за экономику. На новоязе: миниправ, минимир, минилюб и минизо». Во всех упомянутых книгах, между прочим, описываются, выражаясь в духе классической философии, сходные вещи и явления, и ни в одной из них явным образом не указано, где зло, а где добро; это как бы подразумеваемо, и мы уже сами, пользуясь культурными кодами, считаем наивный трактат итальянского философа утопией, а одну из лучших книг 20 века (под звездочкой: по версии Би-би-си) — остросоциальной антиутопией. Книгу же Хаксли можно считать интеллектуальным упражнением на тему Макиавелли: «Ничего не верно само по себе, но все — смотря по обстоятельствам». |
|
|
| Пепец |
[19 Янв. 2012 | 11:31] |
Америку сегодня никто не открыл, но если кто не знал, что игрок «Реала» Кеплер Лаверан Лима Феррейра по прозвищу Пепе — редкий скот, то сегодня это узнали вообще все.
Полтора года назад Пепе пнул по спине лежащего игрока, но сегодня взята новая высота.
Википедия сообщает, что любимое хобби Пепе — охота.
|
|
|
| Про коричневый |
[17 Янв. 2012 | 03:40] |
Недавно я вдруг обнаружил, что у меня целая куча коричневых вещей. Женщина, а лучше, приятнее сказать — женщины (а что лучше: женщина или женщины?), говорили, что мне идет голубой. У меня нет какого-то особого пристрастия к какому-нибудь цвету или оттенку, все цвета равны друг перед другом, хотя некоторые цвета… Ну ладно, мне нравятся рубашки в клетку. Бог знает, что это значит.
Я не выбирал коричневое. Коричневые вещи все появились сами собой, как с возрастом появляются всякие болячки, и в один момент понимаешь, что ты развалина; все они были удобными и нравились, чем не повод. В магазине «Батя» в Паттайе я купил туфли, без которых не знаю, как смогу жить, когда они сойдут на нет (а как удачно подходят, льнут друг к другу слова туфли и сойдут). Годом раньше мне подарили коричневую футболку; в промежутке между ними случилась куртка, хоть ведь верхняя одежда должна как будто же венчать; и еще сумка где-то между перфектом и плюсквамперфектом. Вообще я обратил на это внимание, только когда обнаружил, что хожу в очках в коричневой оправе — с этим было сложнее всего, очки ведь не видишь, потому что ты в них: интересное наблюдение, правда же (а наблюдать вообще лучше в очках).
Словарь определяет коричневый гастрономически — как имеющий цвет корицы, жареного кофе, спелого желудя. Все еда, еда три раза, троекратная еда. Но еда странная, настораживающая, несъедобная per se: бросить щепоть в пирог для аромата, запить свежий тост, накормить скотину. Еда — да не еда. Еще — цвет мумий и пирамид. Смолы, дерева, янтаря. Пасынок радуги, сепия, киноварь, смешивается из желтого, оранжевого, красного, черного и зеленого. Странный цвет: словно сам тебя выбирает, ходит, присматривается, вербует, женится, но не требует и не притязает, и фамилии своей он тебе не дает, ибо не имеет. И слова тебе не говорит, и дышит неслышно, не едва-едва — а неслышно совсем, как рыба под водой.
Самый беззвучный цвет, правда же. |
|
|
| Тандем |
[23 Авг. 2011 | 15:35] |
На Посьетской в двух минутах от моей работы два часа назад рухнул угол жилого дома, полностью пять этажей.
Фотографию можно назвать «Тандем». Или типа того.
photo — drom.ru
UPD. На следующий день портреты сняли! Завалы как были, так и лежат. |
|
|
| Про узбеков, китайцев и самого сильного человека |
[14 Авг. 2011 | 01:27] |
Прекрасный способ сделать свой рассказ живее — ввести в повествование друга или приятеля. Один из моих любимых колумнистов середины нулевых Алексей Зимин так и делал в своих лучших текстах. «Две мои приятельницы открыли фотогалерею». «Один мой приятель два месяца назад вернулся из Флориды в легком душевном смятении». Или вот мое любимое: «Одна серьезная дама тут мне сказала, что люди делятся на две лингвистические расы. В одной расе говорят „кушать“, в другой — „есть“. И им не сойтись никогда».
Мне кажется, что половина этих знакомых — а у Зимина в лучших текстах эшелоны знакомых, — попросту выдуманные. Я потому так заключил, что рассказы получаются настолько идеальные, повествование настолько ладное, а знакомые там настолько к месту, что так просто и быть не может.
Один мой знакомый говорит, что такой прием добавляет тексту выразительности: вот в пионерлагерях на смену обязательно находился хороший рассказчик; у такого взаправду было полстраны друзей и знакомых, да только те знать не знали, в каких замечательных историях им довелось побывать.
Размышляя на эту тему, я начал делать в уме перепись знакомых, годных для интеграции в повествование. Довольно быстро я понял, что лучший из возможных знакомых — это Александр Ким, он совершенно идеальный знакомый; я также могу рекомендовать его и вам как проводника любой вашей интересной мысли. Его преимущество, во всяком случае, в том, что, несмотря на то что он, может быть, вас и не знает, но уж вы и ваши читатели знаете его наверняка. Можно даже не называть его имени, просто имейте его в виду. Идеальные знакомые не навязываются.
***
На неделе мне приснился первый владивостокский сон. Мне и до того почти каждый день что-то снилось, но это было все не то.
Итак, мне приснилось, что Океанскому проспекту угрожает беда. То есть не то чтобы прям беда: во Владивостоке, если разобраться, неминуемая беда грозит почти что всему, — здесь же фатум послал Океанскому проспекту туманное будущее.
Итак, мне приснилось, что по Океанскому проспекту специально пускают грузовики и фуры — чтобы сделать из него магистраль. Стать магистралью в моем сне означало что-то безусловно порочное. А сделать это решили те, кто ответственен за все происходящее здесь, — то есть они.
Они.
Все хорошо знают эту команду по их делам. Две недели назад они обнесли забором улицу Фокина, чтобы прохожие не видели, что там ничего не происходит. Один мой знакомый возмущен этим фактом.
У этого же знакомого есть странное хобби: он собирает омограммы — слова, которые в телефоне набираются одинаковой комбинацией цифр. Вы нажимаете на кнопки с цифрами — а словарь предлагает вам варианты. Например, «63234» означает одновременно и «узбек» и «сзади». То, что эта омограмма нашла моего друга, когда тот переехал во Владивосток, я нахожу очень символичным.
Во Владивостоке много узбеков. Они, и еще китайцы — стволовые клетки этого города. Недавно мой дом затянули зеленой строительной сеткой. (Я надеюсь, из дома не будут вынимать кирпичи и менять на новые — как это повсеместно происходит с тротуарной плиткой здесь.) Сетку натягивали китайцы, один из них пел, и никто не сказал ему, во всяком случае по-русски, что своим пением он кому-то мешает. Они закончили неделю назад, с тех пор сетка висит и ничего не происходит, а я вижу мир в зеленом свете.
По вечерам, когда начинает темнеть, а иногда и днем, узбек на лодке собирает по акватории залива желтые катамараны и тащит их к берегу. Наверное, с пролетающего невысоко самолета это похоже на игру, какая была в китайских тетрисах, когда змейка собирает по игровому полю какую-то снедь и становится длиннее. Сбоку это похоже на маму утку с выводком утят. Как видят это рыбы снизу, неизвестно. Известно зато, что для патрульного отряда на берегу это похоже на узбека, тащущего катамараны. Тащущего. И тащущего. И дотаскивающего. Хотя и не в любой работе узбеки столь упорны… Впрочем, они жизнерадостны, меня неизбывно подкупает в них отсутствие какого бы то ни было уныния.
Однажды при мне патруль задержал узбека в спортивной майке с надписью RUSSIA. Впрочем, финал этой истории мне неизвестен, так что правильнее сказать, что патруль задерживал узбека.
Владивосток вообще город глаголов несовершенного вида; безличных; глаголов туманного действия, да и просто туманных самих по себе. Здесь определенно что-то делается. Или делалось. Что-то начиналось и планировалось. Ремонтировалось. Говорилось. Делалось. Сбывалось. То есть почти сбылось. Или все же сбылось. Не хватает шага, чтобы доделать. Доделывать. Хотя, может, шаг делался.
Думаю, именно эта среднеазиатская грамматика и манит сюда узбеков.
Здесь красота. Если идти — проходишь ее. Если остановиться — она проходит тебя. Грустная формулировка. Не так: элегичная. Здесь элегично.
Еще эклектично. Столичный, портовый и курортный одновременно. Первое огорчает кошелек, последнее радует глаз. Но если говорить о главном — здесь хороший звук и, черт возьми, хорошие звукачи.
Выдержка из криминальной хроники «труп мужчины найден в канаве» могла бы означать, что несчастье приключилось с беднягой в самом центре, скорее всего на улице Первой Морской. Эта мысль застала меня, когда я подходил к клубу Еллоу Субмарин. В тот самый момент, когда я запрыгнул на трубу, чтобы перейти дорогу, меня окликнул голос:
— Вы на соревнования? — Я отрицательно помотал головой. Голос значительно, я подчеркиваю: значительно добавил:
— А жаль. — Конечно, мне стало интересно.
— А что за соревнования?
— Силовой экстрим!
От волнения я не сразу смог что-то ответить. Пока на свете существует Мик Джаггер, я удерживаю уверенное серебро в рейтинге самых дохлых людей. Пока я прикидывал, успею ли убежать, голос добавил:
— Будет самый сильный человек России!
Мгновение на секунду остановилось.
Впереди было море. Чуть левее многоэтажный дом с элитным жильем, Мыс Купера; чтобы купить там квартиру одному узбеку, весь Узбекистан должен работать целый год. Возле дома не уложен асфальт, но уже насыпан щебень, месяц назад его не было.
Слева была автостоянка. Я стоял на трубе диаметром с самого сильного человека России. И я подумал: а зачем мне встречаться с ним, с самым сильным человеком России?
Что я могу ему дать?
Только свое внимание. Ему просто хотелось мне нравиться. Потому что все хотят нравиться. Механизм, запускающий эту потребность, удивительным образом схож у записной красотки и самого сильного человека России.
Некоторые хотят нравиться паталогически. Не могут жить без этого.
Вечерело.
Смеркалось.
Нравилось. |
|
|
| (без темы) |
[14 Май. 2011 | 14:30] |
Совершенно прекрасный текст, с огромным удовольствием его рекомендую. Тем, кого коробит этимология слова удовольствие, рекомендую с радостью. Читать это тоже в удовольствие, то есть в радость. Между строк самодоказался тезис Таши, что о чем бы я ни писал, получается — об удовольствии, гг.
http://2k.livejournal.com/607161.html |
|
|
| Youtube vs Skype |
[10 Май. 2011 | 21:16] |
Новость дня — Микрософт купил Скайп. Цена сделки составила 8,5 млрд долларов. Учитывая цену сделки, шутки про Микроскайп отменяются.
Я никак не могу взять в толк, почему сервис голосового общения может стоить так дорого; это же бюджет всей Африки на несколько лет.
Возьмем для сравнения всем известный Ютуб. Ютуб приналдежит Гуглу, поэтому, очевидно, не продается, — но если бы продавался, любая огромная цена была бы понятной, потому что видохостингов бывают два типа — Ютуб и все остальные. Фактически Ютуб это огромный эксклюзивный склад товара. Если вам нужно видео, вы идете на Ютуб, потому что: а) автор залил его на Ютуб, б) вы автоматом сами пошли на Ютуб, в) и самое главное — в другом месте этого видео просто нет. Ютубу очень сложно потерять аудиторию, потому активы Ютуба очень материальны.
Теперь Скайп. Скайп это Ютуб среди сервисов голосового общения, в том смысле, что его доминирующая роль очевидна. Но если Ютуб — товар, то Скайп — просто услуга. Микрософт покупает только лояльность пользователей, больше ничего. Существует тысячи подобных сервисов-конкурентов, единственный актив которых — аудитория. Скайп — это просто звонок с одного телефона на другой, и все. Если вас что-то не устроит, — цена звонка, качество связи, реклама, интерфейс в конце концов, — вы пересядете на другой телефон; конечно, для этого надо, чтобы «достало», но, имея в виду таланты Микрософта, такое состояние достигается проще, чем кажется.
Если вас перестала устраивать парикмахерская, вы пойдете в другую, но если вас перестал устраивать хлеб в единственном магазине хлеба в городе, — вы все равно пойдете в этот магазин. Ну, или можно перестать есть хлеб. Если Ютуб это героиновая зависимость, то Скайп это какой-то легкий энергетик, Ред Булл, который — захотел — и перестал пить, ну или пересел на Бёрн.
Или я чего-то не понимаю, м? |
|
|
| Про Леху, Мэсси, Полански и его жену |
[30 Апр. 2011 | 19:13] |
Вообще-то мы с Лехой болеем за Ювентус. В 96-м году Юве выиграл в финале Лиги чемпионов у Аякса, ну, тогда еще Раванелли забил, а Литманен сравнял, и потом в серии пенальти Югович забил победный. Ну, так вот я болею за Ювентус по-настоящему как раз со следующего года, когда команда проиграла в финале той же Лиги дортмундской Боруссии. Известный синдром: болеешь за самого сильного, — а Юве тогда играл лучше всех, — а он проигрывает. И горько. И несправедливо. Достоевский проницательно заметил, что многим нравится быть обиженными. Но тут не совсем то, команду ведь нельзя считать своим альтер-эго; короче, явление заслуживает исследования.
В общем, я болею за итальянцев давно. Но Ювентус уже лет шесть ничем хорошим не радует, а жизнь, читай Лига чемпионов УЕФА, идет своим чередом, матчи играются, страсти кипят, — короче, болеть за кого-то надо. После Юве вторым моим любимым клубом была Барселона. Замечу в скобках, что на этом персональный лайк-лист и заканчивается, в отличие от хейт-листа, где и МЮ, и Челси, и Интер, и много чего еще. Ну так вот, если я переживаю за Барсу, то Леха — за Реал, и я не исключаю, да, не исключаю, что назло мне.
Болельщицкий антагонизм, разумеется, интереснее болельщицкой же солидарности. Как-то ночью мне пришла смска: «Лео Месси очень похож на Романа Полански»; я изо всех сил напрягся, чтобы ответить как-нибудь достойно: «Тоже педофил?», «Нет, лицом».
Потом мне на почту пришла фотография с подписью «Мэсси с мамой». На фото не Месси и не его мама, а Роман Полански со своей женой, которую убили на восьмом с половиной месяце беременности члены банды Чарльза Мэнсона. Не очень вышла шутка.
Неделю назад на Пасху пошел снег, был повод меня подначить: «Ой… сколько снега! Мне так холодно! Я бедненький Мэсси…», «Мы все так замёрзли! Мы хотим домой… Мы Педро, Хави и Иньеста…» А еще Леха смотрит Лигу чемпионов в записи: работа рано. Потому ритуал приветствия у нас выглядит так: «Привет, только счет не говори». Я в шутку предложил Лехе записать все матчи начиная с четвертьфинала, и потом в один день все сразу посмотреть; недостаток, правда, в том, что результаты узнавать нельзя, но за три месяца кто-нибудь обязательно брякнет и тем испортит всю затею.
Вчера Леха сел смотреть полуфинал Реал — Барса:
— Я сел смотреть матч Король VS Масси.
— Можешь делиться эмоциями.
— Нету Иньесты.
— У него травма.
— Ну что там твои снеговички.
— Пепе удалили. И Хосе.
— За что удалили, справедливо?
— Ни за что. Игрок сильно испугался просто. От Масси уже просто тошнит… — И через пару минут: — Пора его футболку покупать, что ли…
— Мадрид отыграет две оплеухи?
— Если Масси ворота перепутает. |
|
|
| Роды умолчания |
[27 Апр. 2011 | 00:31] |
Доводилось ли вам слышать слово «эфемерная»? Эфемерная угроза подать в суд! Перед нами яркий пример того, как прилагательное заставило себя уважать: острый ли топор? тупой ли, как сибирский валенок? нанимать ли адвоката или рассмеяться в лицо сутяжнику? Конечно, не всегда прилагательное коренным образом меняет чью-либо судьбу, и удар по пальцам острым топором поразительно схож последствиями на членовредительство в исполнении самого тупого топора на свете; здесь спешу приложить свои искренние сочувствия всем пальцам, попавшим под любой топор, и двигаюсь дальше.
Итак: эфемерная угроза. Не имея цели оспорить читательскую эрудицию, все же попрошу открыть словарь. Итак, загляните. Вы ведь набрали в поиске, ну или листали до прилагательного эфемерный, совершенно не спрося моего совета. И это правильно. Без всяких советов и подсказок всем известно, что общий род слов в словаре — мужской, и не потому, что он главный, а потому что это род умолчания.
Сказанное применимо, или лучше сказать приложимо не только к прилагательным. Например, поиски ученицы в словаре Ефремовой в конце концов приводят к ученику, а поиски пасечницы ни к чему не приводят, потому что пасечниц не существует, или не должно существовать, в отличие от паскудниц, которым словарь хоть и норовит сменить пол, но хотя бы оставляет строку в своих анналах, которых — анналов — ни в единственном числе, ни в женском роде не бывает совершенно, и это не сказать что очень красиво.
Что, кстати, знаем мы о красоте? Что корень ее — отвага. Что женское тело — может без табуированных барьеров быть объектом желания как мужчины, так и женщины. Что женский поцелуй совершенно принят мейнстримом, а значит, обществом. Ни у кого ведь не вызывают отторжения целующиеся на вечеринке девушки в «Социальной сети» Финчера, уж блокбастера тиражнее сложно придумать. Если вы не помните этот кадр, тем убедительнее аргумент, потому что вы же не запоминаете, как ходите мимо березки в парке, потому что березка, дружочек, обычнейшая вещь, а, кроме того, еще дефолтное дерево. (Возможно, иной автор начал бы здесь о деревьях, но, право же, говорить о красоте интереснее, чем о флоре и фауне.)
Возможно, иному читателю покажется слишком прихотливым выбором та красота, о которой идет речь, и вообще покажется, что речь идет не о красоте, а о пошлятине (у этого слова нет мужского эквивалента). Что ж, замените красоту на пошлятину, такая и обратная замены случаются сплошь и рядом. Между прочим, вы заметили, что род умолчания определяется системой табу; эти запреты категоричны в грамматике и условно-зыбки в красоте-пошлятине. «Громкий музыка» не говорят, потому что так не говорят, а поцелуй Элтона Джона с Рики Мартиным не показывают, потому что так говорят, но лучше бы не говорили. Кстати — Рики Мартином; грамматика неумолима, и я ничего не могу с ней поделать, в отличие от эфемерного мужского поцелуя, который я просто сейчас неэфемерно запрещу. Я также запрещаю вам представлять этот поцелуй, потому что забвенья милое искусство душой усвоено уже.
Но отставим ироническую прелесть и вдохновенные соблазны. На днях маме друга пришло письмо с эфемерной угрозой суда. Письмо было адресовано другу и начиналось так: «Уважаемый (ая) Сергей Николаевич!» Помните, на советской тетради нужно было написать, чья она — ученика или ученицы. Ка или цы. Хорошо, когда есть прямой аналог. А когда нет? Знаете, как будет топор в женском роде? Секира. Неэфемерный такой топор, ага. |
|
|
| (без темы) |
[16 Фев. 2011 | 14:02] |
В хабаровском детском саду двое детей отравились дезинфицирующим средством, бутылочка с которым стояла в «месте, доступном для детей». Дети попали в больницу с отравлением в тяжелом состоянии. Слава богу, все обошлось, и с детьми все в порядке.
Те, кто виноват в произошедшем, могут получить штраф пятьсот рублей.
Хочу спросить вас, как, по-вашему, нужно отреагировать на произошедшие, и почему. Какая должна быть санкция, какие должны быть приняты меры и в отношении кого.
И еще хочу спросить. Представьте, что ребенок у себя дома открыл шкаф и выпил какой-нибудь химикат, йод, уксус. Какое наказание должны понести родители. И должны ли вообще. Если считаете, что это не сопоставимо, что это разные вещи, объясните, почему. |
|
|
| О здоровом питании нотбука |
[10 Фев. 2011 | 22:29] |
| [ | Музыка |
| | Queen — More of that Jazz | ] |
Пару недель назад у меня сломались наушники, до того тринадцать лет исполнявшие свои нехитрые наушные обязанности. Они пережили два системных блока, три мп-3 плеера и два ноутбука, сопровождая меня во всех перелетах и переездах, они были проводниками музыки в моей жизни; и вот теперь их нет. Наушники эти шли в комплекте с кассетным плеером Сони-Уокмен, который брат подарил мне на день рожденья давным-давно. Аналоговый Уокмен давно не со мной, мы расстались, — расстались так, как единственно и стоит расставаться: один раз. Надеюсь, воссоединившийся комплект из плеера и наушников лодочник провезет через Лету с должным комфортом. Я вспоминаю о них тепло, как вспоминаешь женщину или, вернее, женщин, раз уж их комплект, на отношения с которыми нажимаешь не стоп, нет, — паузу. И больше не отжимаешь, пока не сядет батарея.
Интересно, какие черты присущи загробному миру цифровых устройств? Какие герои его населяют? Бесы-патефоны варят в кипящем кремнии свежепоступившие айфоны? Интересно, где окажется магнитофон «Романтик», крутивший в середине 90-х группу «Комбинация», в раю или в аду? Диджитальный загробный мир интересен еще и тем, что в него попадают не по делам своим, но — по заслугам своих хозяев; стало быть, мир этот языческий, не христианский. В чем повинен крутивший Киркорова бобинный Филипс?.. Но я увлекся.
Смерть моих наушников стала пробной жертвой (пусть «пробная жертва» так же укоренится, как «контрольный выстрел») Смерти с ее цифровой косой, черной меткой цифрового пирата, синим экраном смерти Микрософт, всегда, впрочем, цифрового без малейших потуг на аналоговость.
Позавчера вечером мой ноутбук, мой Хьюлет-Пакерд, сообщил, что ему срочно требуется подзарядка, при том что он имел прямой доступ к своему цифровому обозу — розетке 220 вольт. А на следующий день Смерть махнула свой косой уже наотмашь, и у меня выключился телефон, полностью заряженный: умерла батарейка.
Мое барахло протестировали в сервисном центре Технодизайна. (Интересно, что гарантийный срок заканчивался через неделю.) Я безуспешно ходил по всему городу и искал новый блок питания. Как обычно это и бывает, узнал много ненужных и интересных историй (это Толстой любил ставить соединительный союз, соединяя неоднородности), о том что «на Хьюлет вообще трудно найти», что «вот на свой Самсунг искал полгода — не нашел»: ну, прелесть же!
В итоге, ребята, я пишу это все потому, что парни из сервисного центра Технодизайна отдали мне единственную зарядку, что была там, — наверняка в нарушение инструкций и правил, точно без всякой необходимости; в общем, просто так. И за это просто так я, пожалуй, прямо сейчас и выпью (третью): за аналоговую взаимопомощь; а завтра выпьют уже парни, уж я обещаю.
***
Важно добавление.
Бьерн Ульвеус о песне группы ABBA «The Winner Takes It All»:
Не забывайте, что это поп-музыка, а стало быть, даже самые трогательные слова нельзя воспринимать буквально. Что-то действительно отражает наши личные взаимоотношения, но довольно много там и выдуманного. Это чистая правда, что наша жизнь отражается в текстах песен — этого никто не может избежать, — но это вовсе не означает, что…»
Это все не означает, что. |
|
|
| Не случайно |
[6 Фев. 2011 | 00:48] |
| [ | Музыка |
| | Daft Punk — Human After All | ] |
Мне нравится твой громкий смех Олег Чубыкин. Вы ждете «но»?
Я с удовольствием слушаю Олега Чубыкина, мне совершенно по душе его музыка, как она сыграна, придумана, спродюссирована, записана. Стихи вот только смешные очень. А больше никаких «но».
В песне «Не случайно» он поет:
И ты, конечно, лучше всех,
Ведь с тобою мы не случайно.
Вообще-то мне нравится песня «Не случайно», ведь я не вслушиваюсь в ее слова. Потому что, если вслушаться, то фраза заслуживает истолкования, для чего мне придется первый и, по-видимому, единственный раз в жизни посмотреть в словаре значение слова «ведь», ведь мне не хотелось бы чего-то случайно перепутать. Определения здесь не привожу, ведь вы все верно понимаете. (Звучит как полунамек с хитрым подмигиванием, вот ведь какое слово!)
Цитируемые строки примечательны тем, что означают не то, что должны бы означать; самоиронию исполнителя, конечно, исключаем полностью, ведь ее не случайно нет в творчестве Олега Чубыкина.
Попробуем перестроить фразу, сохраняя смысл, то есть причину и следствие: Ты лучше всех, потому что мы с тобой вместе. Не находите, что причина и следствие как будто поменяны местами, оттого фраза звучит как очень сомнительный комплимент. То есть как это, милый: а если бы мы не были вместе, я была не бы не лучше всех? Еще раз перефразируем: Мы с тобою вместе, поэтому ты лучше всех. Заметьте, причина и следствие на своих местах, смысл прежний в точности, только теперь все это звучит как неприкрытый снобизм. Мол, пока ты со мной, «пока с тобою так близки», ты, конечно, Афродита, ну а там брысь на грядку «до наступления весны». Ну, и на том спасибо, мой Аполлон.
Тонким, умным, неочевидным, немного дерзким комплиментом было бы: «И я, конечно, лучше всех, ведь с тобою мы не случайно», что означало бы, что я лучше всех, потому что ты меня выбрала, потому что ты крутая телка и выбираешь не дрянь, а такого вот расчудесного мужика как я.
Но по-другому спето-то,
И кажется мне отчего-то,
Что не случайно это.
Короче, разыскивается поэт-песенник. Или хотя бы поэтесса-песенница. |
|
|
| Праздничный саундтрек |
[25 Дек. 2010 | 20:49] |
В прошлом году перед самым Новым годом я выложил тут музыкальный сборник — собрание вальяжных и мажорных композиций, инструментальных и ненпряжных, которые, по моему разумению, здорово слушать в предпраздничную пору.
Не вижу оснований прекращать эту восхитительную необременительную традицию, раз уж она начата. В этом году сборник выходит под Рождество, значит, будет рождественско-новогодним. Круто придумано? А то.
Технический прогресс не стоит в стороне, поэтому слушать все чрезвычайно просто, можно прямо здесь, можно на Грувшаке, а можно и скачать.
Всех с праздниками, слушайте с удовольствием!
Послушать на Грувшаке
Скачать (71 мб, 192 кб/с) |
|
|
| Супа-трупа |
[7 Дек. 2010 | 18:29] |
Господи, я не могу в это поверить. У меня не укладывается в голове. Я не понимаю, как такое может быть, что вы до сих пор не слышали «Breakfast in America», альбом группы Супатрэмп 1979 года выпуска.
Сопутствующие текста вы найдете в гуглах-википедиях, а я спешу представить вам самую соль, месседж, pointe — саунд Брекфаста. (Так могли бы говорить, или и говорили в порыве словоблудия провинцильные диджеи во второй половине 90-х; кстати, метаморфоза со словом диджей, раньше оно писалось через дефис, а щас слитно.)
Слушать можно прямо тут. Заодно проверим виджеты Грувшака.
Скачать Supertramp — Breakfast in America (41 Мб, 128 кб/с)
flac и 320 — в торренты. |
|
|
| Жеву |
[10 Ноя. 2010 | 21:53] |
Ой как славно поет девушка, спасибо большое милому другу за ссылку.
На кого-то очень сильно похожа :-)
|
|
|
| Про Орианти, женщину и гитариста |
[4 Ноя. 2010 | 05:49] |
Не у всякой профессии, вполне даже женской, есть достойное женское наименование. Вот повар, например. Или поэт. Само собой, повариха и поэтесса — страшные оскорбления.
Зато вот — гитаристка. Полноправная полка на антресолях с женским родом, но покажите же живую гитаристку?!
Я знаю одну, и у меня к ней дело.
Орианти Панагарис. Молодая австралийская гитаристка с греческими корнями. Состоявшаяся, можно сказать, звезда, должна была играть на концертах Майкла Джексона, чего не случилось из-за смерти певца.
Дело у меня к Орианти до смешного глупое. Конкретно дело до одной песни. Я не могу избавиться от ощущения, что это не могла придумать и сыграть женщина; и дело там не в гитарных пассажах а-ля Сантана, не в скорости и легкости игры, вообще не в технике.
Я не могу понять, как она сделала этот начальный и следующий далее рефреном через всю песню гитарный рифф? Потому что это чистая мужская сублимация, рифф этот. Либо уже даже не сублимация — а чистый съем. Так мужчина флиртует, обхаживает женщину; еще не добивается, не наступает, но намекает на это. А она, женщина, — отдается; потому что у нее другая функция. А рифф мужской. Вот такой рифф. Ну, совсем не женский.
Ну это как если бы мужик спел бы что-нибудь а-ля Кейт Буш, не по тембру, а по замыслу. Так же не бывает. Вот и тут я не пойму.
И в этом своем напускном наивном непонимании — восхищаюсь.
Orianthi — Anahiem
П.С.
Уще у Орианти один из лучших Missing You, сравним с Тинотернеровым миссином.
Orianthi — Missing You |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
